Носсрат Пезешкиан «Торговец и попугай. Восточные истории и психотерапия». Торговец и попугай пезешкиан


Носсрат Пезешкиан «Торговец и попугай. Восточные истории и психотерапия»

Книгу читала Татьяна Лапшина. Отзыв подготовлен для Флогистона.В последнее время я нередко слышу высказывания вроде этого: «Терпеть не могу Коэльо и всяких прочих Бахов за то, что они не умеют простыми словами выразить то, что иногда стоит сказать. Есть огромное количество простых вещей, о которых мы забываем за лукавым мудрствовавнием. Притчи, притчи… Это от неумения говорить прямо и от желания показаться умнее, чем на самом деле». Но притчи все так же популярны, как и прежде. Сборники дзенских коянов расходятся огромными тиражами по всему миру. А Баха-Уллу читают не только бахаи. Нельзя не задуматься, отчего так происходит. Мне в этом разобраться помогла книга Носсрата Пезешкиана «Торговец и попугай». В ней на наглядных примерах рассматривается применение историй в рамках позитивной психотерапии. Но она будет интересна не только и не столько психотерапевтам. Нередко, оглядывая рынок психологической литературы, становится немножко страшно. Многие психологические книги с полок магазинов, попадая в жизнь людей определенного склада, могут разрушить и погубить их жизнь, в лучшем случае, просто сделать их клиентами психотерапевтов и консультантов. Но к книге Пезешкиана это не относится. Я бы вообще рекомендовала её многим людям в качестве настольной книги.

В первой главе Пезешкиан вкратце и очень обобщенно знакомит читателя с позитивной психотерапией и с применением в ней историй, выделяя основные их функции:

1. Функция зеркала. Человек может идентифицировать себя с одним из героев истории. И увидев себя в зеркале наряду с другими персонажами посмотреть на ситуацию по-новому.2. Функция модели. Любая история строится вокруг какой-то проблемы и имплицитно содержит модели её решения.3. Функция опосредования. Абстрактный характер истории нередко облегчает взаимодействия терапевт-клиент, снимая излишнюю конфронтацию и решая некоторые сложности в принятии проблемы.4. Функция хранения опыта. Истории легко запоминаются и продолжают работать даже тогда, когда пациент покинул кабинет психотерапевта.5. Истории – носители традиций. Они помогают выйти за приделы индивидуального видения, включая человека в более широкий контекст опыта поколений. Но тем не менее, каждый раз одна и та же история трансформируется и воспринимается по-своему.6. Истории – посредники в межкультурных отношениях. Они незаменимы для работы с разного рода предрассудками и неприятием чуждых традиций и новых веяний.7. Истории – помощники в возвращении на более ранние этапы индивидуального развития. Использование историй апеллирует к воображение и мечтательности взрослого человека, обращаясь к внутреннему ребенку. Они делают общение более мягким и эмоциональным. А мышление – более гибким.8. Истории – альтернативные концепции. Предлагая клиенту историю, психотерапевт предлагает ему альтернативную концепцию, которую тот может либо принять, либо отвергнуть.

Вторая глава книги целиком посвящена реальным случаям применения историй на практике в различных ситуациях. Каждая история сопровождается случаем из практики Пезешкиана и его комментариями. В заключении он приводит ряд притч для раздумий, чтобы читатель сам на себе почувствовал их действенность.

Многие истории, приводимые в книге, легко узнаваемы. Некоторые из них давно уже стали анекдотами, а некоторые – сократились до пословиц и поговорок. В книге Пезешкиана, где часто встречаются отсылки к первоисточнику, они вновь наполняются смыслом. При чем, каждый из читателей может в них увидеть что-то свое. Мы всегда можем выбирать, как толковать истории – как вымышленные, так и реальные. Позволю себе в качестве иллюстрации этого тезиса и сути позитивного подхода привести последнюю историю из книги «Торговец и попугай» (с. 148):

Один восточный властелин увидел страшный сон, будто у него выпали один за другим все зубы. В сильно волнении он призвал к себе толкователя снов. Тот выслушал его озабоченно и сказал: «Повелитель, я должен сообщить тебе печальную весть. Ты потеряешь одного за другим всех своих близких». Это слова вызвали гнев властелина. Он велел бросить в тюрьму несчастного и призвать другого толкователя, который выслушав сон, сказал: «Я счастлив сообщить тебе радостную весть – ты переживешь всех своих родных». Властелин был обрадован и щедро наградил его за это предсказание. Придворные очень удивились. «Ведь ты сказал ему то же самое, что и твой бедный предшественник, так почему же он был наказан, а ты вознагражден?» – спрашивали они. На что последовал ответ: «Мы оба одинаково истолковали сон. Но все зависит от того, не что сказать, а как сказать».

P.S. На страницах 106-109 разбирается пример работы с клиентом, который жалеет деньги на сеансы психотерапевта.

© 2005 – 2011, Татьяна Лапшина. Все права защищены. Распространение материалов возможно и приветствуется с указанием ссылки. Для модификации и коммерческого использования, свяжитесь с автором

psyvert.ru

Носсрат Пезешкян - Торговец и попугай. (Восточные истории и психотерапия)

В книге немецкого врача-психотерапевта Н. Пезешкяна собрано около ста восточных историй, которые иллюстрируются примерами из психотерапевтической практики. Наряду с необычайной занимательностью, поэтичностью и яркостью изложения восточные истории содержат нечто неожиданное и непредвиденное. Читатель увидит, что иной образ мыслей, казавшийся до этого непривычным, становится вдруг близким и понятным. Это изменение позиции автор считает самой важной функцией восточных историй и надеется, что читатели смогут понять, как увлекательно бывает по-иному взглянуть на привычные и знакомые вещи.

Содержание:

Носсрат ПезешкянТорговец и попугай

ВОСТОЧНЫЕ ИСТОРИИ И ПСИХОТЕРАПИЯ

Dr. med. Nossrat Peseschkian

DER KAUFMANN und der PAPAGEI

Orientalische Geschichten als Medien in der Psychotherapie

Mit Fallbeispielen zur Erziehung und Selbsthilfe

Fischer Taschenbuch Verlag

Иллюстрировано примерами из психотерапевтической практики для воспитания и психологической самопомощи

Перевод с немецкого Л.П.Галанза

Общая редакция доктора психологических наук А.В.Брушлинского и научного сотрудника А.З.Шапиро

Комментарии А.З.Шапиро

Пезешкян Н.

Торговец и попугай. Восточные истории и психотерапия: Пер. с нем./Общ. ред. А.В. Брушлинского и А.З. Шапиро, предисл. А.В. Брушлинского, коммент. А.З. Шапиро. – М.: Прогресс, 1992. – 240 с.

В книге немецкого врача-психотерапевта Н. Пезешкяна собрано около ста восточных историй, которые иллюстрируются примерами из психотерапевтической практики. Наряду с необычайной занимательностью, поэтичностью и яркостью изложения восточные истории содержат нечто неожиданное и непредвиденное. Читатель увидит, что иной образ мыслей, казавшийся до этого непривычным, становится вдруг близким и понятным. Это изменение позиции автор считает самой важной функцией восточных историй и надеется, что читатели смогут понять, как увлекательно бывает по-иному взглянуть на привычные и знакомые вещи.

Фирма "Прогресс-Культура"

©Fischer Taschenbuch Verlag GmbH, Frankfurt am Main 1979

Перевод на русский язык, предисловие, комментарии и оформление издательская группа"Прогресс", 1992

К читателю

Книга "Торговец и попугай. Восточные истории и психотерапия" принадлежит перу известного немецкого психотерапевта, доктора медицины Носсрата Пезешкяна, разработавшего оригинальную систему психологической помощи, получившую название "позитивной психотерапии" и изложенную в ряде его книг, опубликованных крупнейшими западными издательствами.

Отличительной чертой провозглашенного Н. Пезешкяном межкультурного подхода в психотерапии является интегративность, принимающая и примиряющая различные конкретно-культурные образы человека и нормативные представления о его поведении. Позитивность понимается здесь как целостность, единство в разнообразии, преодоление всякой односторонности как по отношению к внутренней картине мира человека, так и к его жизни в социуме. В условиях нашей многонациональной и многоконфликтной страны, где каждодневно сталкиваются самые различные культурные и поведенческие ориентации, межкультурный подход вызывает особый интерес.

В книге подчеркивается необходимость рассматривать человека таким, каков он есть, не стараясь его переделать по заранее заданному, навязанному извне образцу. Другими словами, "позитивная психотерапия Н. Пезешкяна" – это психотерапия целостного человека, субъекта, творца своей истории, а не пассивного существа, лишь реагирующего на внешние воздействия, "винтика" в социальном механизме.

Такой подход чрезвычайно актуален в условиях нашей российской действительности: сейчас многие нуждаются в особой психологической помощи, в удалении окисла тоталитарного прошлого, прежде всего нетерпимости, по сути дела, непозитивности. Особую роль здесь может сыграть искусство, литература, которая, по мнению И. Бродского, "…вольно или невольно поощряет в человеке его ощущение индивидуальности, уникальности, отдельности… произведение искусства обращается к человеку тет-а-тет, вступает с ним в прямые, без посредников, отношения… иными словами в нолики, которыми ревнители всеобщего блага и повелители масс норовят оперировать, искусство вписывает "точку-точку-запятую с минусом", превращая каждый нолик в пусть не всегда привлекательную, но человеческую рожицу"*.

В процессе психотерапии важно, не атакуя систему ценностных ориентации клиента, показать односторонность его позиции. В этом отношении восточные истории, используемые Носсратом Пезешкяном для психологической помощи, поощряют воображение и интуицию человека, помогают взаимопониманию между психотерапевтом и клиентом. И это не случайно: ведь сказки с незапамятных времен не только развлекали и поучали, но являлись также и средством народной психотерапии задолго до того, как психотерапия превратилась в профессиональное занятие. В нашем недавнем прошлом анекдоты играли весьма существенную психотерапевтическую роль, помогая пережить ужасные обстоятельства повседневности, увидеть позитивный смысл в многочисленных отрицательно окрашенных явлениях. Поэтому можно надеяться, что данная книга придется по вкусу не только профессиональным психологам и психотерапевтам, но также и всем тем, кто хочет стать психотерапевтом для себя и для своих ближних. Психологическая помощь нужна сейчас очень многим, а количество профессиональных психотерапевтов пока еще ограниченно. Автор книги утверждает, что способность человека помочь самому себе является основой его душевного здоровья. Психотерапия Н. Пезешкяна – это обучение пациентов методам самопомощи, позволяющим им справляться с конфликтами, проблемами и жизненными трудностями. Эту идею хорошо иллюстрирует пословица, которую часто приводит автор в своих книгах: "Если ты дашь человеку рыбу, ты накормишь его только один раз. Если ты научишь его ловить рыбу, ты навсегда избавишь его от голода".

Усилия доктора Пезешкяна приблизить психотерапию к обыденной жизни, сделать ее таким же необходимым элементом самопомощи, как диета и физические упражнения, могут оказаться в этом отношении весьма эффективными.

А.В.Брушлинский,

член-корреспондент Российской академии наук, директор Института психологии РАН

Кто познал самого себя и других,

тот признает: Восток и Запад

отныне неотделимы.

Гёте

Предисловие автора

Когда в немецкой семье муж вечером возвращается домой, ему необходим покой. Такова, по крайней мере, традиция. Он садится у телевизора, пьет свое вполне заслуженное пиво и читает газету: "Оставьте меня в покое. После такой напряженной работы я этого заслужил". Для него это отдых.

На Востоке мужья отдыхают иначе. Глава семьи возвращается домой, а у жены уже собрались гости, родственники, друзья и коллеги. За беседой с гостями он отдыхает, ибо, как гласит известное изречение: "Гости – это милость Божия". Таким образом, отдых можно понимать по-разному. Нет точного определения того, что называется отдыхом. Каждый отдыхает так, как он привык, как было принято в его семье, в окружении, где вырос человек, в культурной среде, к которой он принадлежит. Подобно различным видам отдыха, многолики и обычаи, привычки, ценностные представления. Это вовсе не означает, что одна модель поведения лучше другой, просто РАЗЛИЧНЫЕ системы ценностей могут успешно ДОПОЛНЯТЬ, обогащать друг друга.

Стержневым мотивом данной работы является межкультурный подход*1, который открылся мне благодаря моей собственной межкультурной ситуации (Германия-Иран). Использование восточных историй в качестве вспомогательного средства, облегчающего общение пациента с врачом в психотерапевтическом процессе, казалось мне естественным. Кроме того, я стремился соединить мудрость и интуитивную мысль Востока с новыми психотерапевтическими методами Запада.

Забавные восточные притчи с их близостью к фантазии, интуиции и иррациональности представляют собой разительный контраст с целесообразностью, рационализмом, техницизмом современного индустриального общества. Ориентация на высокую производительность труда, мир бизнеса порождают противоречие: преуспевание, карьера находят явное предпочтение, а межличностные отношения отступают на второй план. Разум и интеллект ценятся больше, чем фантазия и интуиция. Эту односторонность, обусловленную различием культурно-исторических условий, мы сможем преодолеть только в том случае, если дополнительно к нашим привычкам включим в мир наших представлений другие модели мышления, если примем другие "правила игры" во взаимоотношениях между людьми, в том числе и такие, которые возникли в иных культурно-исторических условиях. Дать больше простора фантазии и интуиции для обогащения собственного опыта и для разрешения конфликтов – в этом я вижу ту роль, которую могут сыграть сказки, мифы, притчи, афоризмы.

profilib.net

Пезешкиан Носсрат_Торговец и попугай - Носсрат ПезешкянТорговец и попугайвосточные истории и психотерапия

С этим файлом связано 31 файл(ов). Среди них: Shablon_kubika.pdf, Yuny_naturalist_11_1936.pdf, Yuny_naturalist_10_net_oblozhek_1936.pdf, Правила проведения и условия участия в акции Почта Деда Мороза.d, Pezeshkian_Nossrat_Torgovets_i_popugay.pdf, Raskraska_Elka.pdf, Серкин Владимир - Свобода Шамана.doc, Sv-vo_1.pdf, Серкин Владимир - Шаманский лес.doc, 1_Kalendar_tsvetenia_medonosov.doc и ещё 21 файл(а).Показать все связанные файлы Носсрат ПезешкянТорговец и попугайВОСТОЧНЫЕ ИСТОРИИ И ПСИХОТЕРАПИЯВ книге немецкого врача-психотерапевта Н. Пезешкяна собрано около ста восточных историй, которые иллюстрируются примерами из психотерапевтической практики. Наряду с необычайной занимательностью, поэтичностью и яркостью изложения восточные истории содержат нечто неожиданное и непредвиденное. Читатель увидит, что иной образ мыслей, казавшийся до этого непривычным, становится вдруг близким и понятным. Это изменение позиции автор считает самой важной функцией восточных историй и надеется, что читатели смогут понять, как увлекательно бывает по-иному взглянуть на привычные и знакомые вещи. К читателю Книга «Торговец и попугай. Восточные истории и психотерапия» принадлежит перу известного немецкого психотерапевта, доктора медицины Носсрата Пезешкяна, разработавшего оригинальную систему психологической помощи, получившую название «позитивной психотерапии» и изложенную в ряде его книг, опубликованных крупнейшими западными издательствами. Отличительной чертой провозглашенного Н. Пезешкяном межкультурного подхода в психотерапии является интегративность, принимающая и примиряющая различные конкретно-культурные образы человека и нормативные представления о его поведении. Позитивность понимается здесь как целостность, единство в разнообразии, преодоление всякой односторонности как по отношению к внутренней картине мира человека, так и к его жизни в социуме. В условиях нашей многонациональной и многоконфликтной страны, где каждодневно сталкиваются самые различные культурные и поведенческие ориентации, межкультурный подход вызывает особый интерес. В книге подчеркивается необходимость рассматривать человека таким, каков он есть, не стараясь его переделать по заранее заданному, навязанному извне образцу. Другими словами, «позитивная психотерапия Н. Пезешкяна» – это психотерапия целостного человека, субъекта, творца своей истории, а не пассивного существа, лишь реагирующего на внешние воздействия, «винтика» в социальном механизме. Такой подход чрезвычайно актуален в условиях нашей российской действительности: сейчас многие нуждаются в особой психологической помощи, в удалении окисла тоталитарного прошлого, прежде всего нетерпимости, по сути дела, непозитивности. Особую роль здесь может сыграть искусство, литература, которая, по мнению И. Бродского, «…вольно или невольно поощряет в человеке его ощущение индивидуальности, уникальности, отдельности… произведение искусства обращается к человеку тет-а-тет, вступает с ним в прямые, без посредников, отношения… иными словами в нолики, которыми ревнители всеобщего блага и повелители масс норовят оперировать, искусство вписывает «точку-точку-запятую с минусом», превращая каждый нолик в пусть не всегда привлекательную, но человеческую рожицу»*. В процессе психотерапии важно, не атакуя систему ценностных ориентации клиента, показать односторонность его позиции. В этом отношении восточные истории, используемые Носсратом Пезешкяном для психологической помощи, поощряют воображение и интуицию человека, помогают взаимопониманию между психотерапевтом и клиентом. И это не случайно: ведь сказки с незапамятных времен не только развлекали и поучали, но являлись также и средством народной психотерапии задолго до того, как психотерапия превратилась в профессиональное занятие. В нашем недавнем прошлом анекдоты играли весьма существенную психотерапевтическую роль, помогая пережить ужасные обстоятельства повседневности, увидеть позитивный смысл в многочисленных отрицательно окрашенных явлениях. Поэтому можно надеяться, что данная книга придется по вкусу не только профессиональным психологам и психотерапевтам, но также и всем тем, кто хочет стать психотерапевтом для себя и для своих ближних. Психологическая помощь нужна сейчас очень многим, а количество профессиональных психотерапевтов пока еще ограниченно. Автор книги утверждает, что способность человека помочь самому себе является основой его душевного здоровья. Психотерапия Н. Пезешкяна – это обучение пациентов методам самопомощи, позволяющим им справляться с конфликтами, проблемами и жизненными трудностями. Эту идею хорошо иллюстрирует пословица, которую часто приводит автор в своих книгах: «Если ты дашь человеку рыбу, ты накормишь его только один раз. Если ты научишь его ловить рыбу, ты навсегда избавишь его от голода». Усилия доктора Пезешкяна приблизить психотерапию к обыденной жизни, сделать ее таким же необходимым элементом самопомощи, как диета и физические упражнения, могут оказаться в этом отношении весьма эффективными. А.В.Брушлинский, член-корреспондент Российской академии наук, директор Института психологии РАН Кто познал самого себя и других, тот признает: Восток и Запад отныне неотделимы. Гёте Предисловие автораКогда в немецкой семье муж вечером возвращается домой, ему необходим покой. Такова, по крайней мере, традиция. Он садится у телевизора, пьет свое вполне заслуженное пиво и читает газету: «Оставьте меня в покое. После такой напряженной работы я этого заслужил». Для него это отдых. На Востоке мужья отдыхают иначе. Глава семьи возвращается домой, а у жены уже собрались гости, родственники, друзья и коллеги. За беседой с гостями он отдыхает, ибо, как гласит известное изречение: «Гости – это милость Божия». Таким образом, отдых можно понимать по-разному. Нет точного определения того, что называется отдыхом. Каждый отдыхает так, как он привык, как было принято в его семье, в окружении, где вырос человек, в культурной среде, к которой он принадлежит. Подобно различным видам отдыха, многолики и обычаи, привычки, ценностные представления. Это вовсе не означает, что одна модель поведения лучше другой, просто РАЗЛИЧНЫЕ системы ценностей могут успешно ДОПОЛНЯТЬ, обогащать друг друга. Стержневым мотивом данной работы является межкультурный подход*1, который открылся мне благодаря моей собственной межкультурной ситуации (Германия-Иран). Использование восточных историй в качестве вспомогательного средства, облегчающего общение пациента с врачом в психотерапевтическом процессе, казалось мне естественным. Кроме того, я стремился соединить мудрость и интуитивную мысль Востока с новыми психотерапевтическими методами Запада. Забавные восточные притчи с их близостью к фантазии, интуиции и иррациональности представляют собой разительный контраст с целесообразностью, рационализмом, техницизмом современного индустриального общества. Ориентация на высокую производительность труда, мир бизнеса порождают противоречие: преуспевание, карьера находят явное предпочтение, а межличностные отношения отступают на второй план. Разум и интеллект ценятся больше, чем фантазия и интуиция. Эту односторонность, обусловленную различием культурно-исторических условий, мы сможем преодолеть только в том случае, если дополнительно к нашим привычкам включим в мир наших представлений другие модели мышления, если примем другие «правила игры» во взаимоотношениях между людьми, в том числе и такие, которые возникли в иных культурно-исторических условиях. Дать больше простора фантазии и интуиции для обогащения собственного опыта и для разрешения конфликтов – в этом я вижу ту роль, которую могут сыграть сказки, мифы, притчи, афоризмы. Эта «психотерапевтическая» функция восточных историй является темой данной книги. Уже в моих ранее изданных книгах «Психотерапия повседневной жизни» и «Позитивная психотерапия» я использовал сказки и притчи, с одной стороны, как средство, помогающее лучшему взаимопониманию между врачом и пациентом, а с другой – как метод психотерапии. Реакция моих читателей и опыт общения с пациентами заставили меня задуматься о том, какую роль могут сыграть эти истории в области воспитания, самопомощи и психотерапии. Причем для меня было несущественно выискивать общие положения о действенности историй, об их актуальности. Важным представлялось то, в каких конфликтных ситуациях и при каких психологических нарушениях они могут оказать помощь в разрешении проблем. Мне стало ясно, что истории имеют много общего с медикаментами. Если их применять вовремя и в соответствии с рекомендациями, то они могут стать отправным пунктом для терапевтических усилий врача и способствовать изменению жизненной позиции и поведения пациента. Однако неправильная дозировка, неискренность и подчеркнутое морализирование со стороны врача могут причинить вред. За те восемь лет, в течение которых я интенсивно изучал восточные истории, притчи, сказки и затем собрал их в этой книге, я вновь и вновь убеждался в том, что наряду с необычайной занимательностью, поэтичностью и яркостью изложения они содержат нечто неожиданное, непредвиденное. Привычный ход мыслей и желаний вдруг представал совсем в другом свете. Иной образ мыслей, казавшийся до этого непривычным, становился для меня близким и понятным. Это изменение позиции я считаю самой важной функцией историй. Надеюсь, что и читатели смогут понять, как увлекательно бывает по-иному взглянуть на знакомые и привычные вещи. Бывает так, что мы не можем обойтись без науки, без математики, без ученых споров, с помощью которых развивается человеческое сознание. Но бывает и так, что нам оказываются нужны стихи, шахматы, занимательные истории - все то, что радует и освежает душу. (По Саади*) Первая часть этой книги посвящена введению в теорию восточных историй. Исходя из идей позитивной психотерапии, я пытался определить ту функцию, которую выполняют истории во взаимоотношениях между людьми, особенно в разрешении проблем пациентов и в психотерапевтической ситуации. Во второй части речь идет о практическом применении историй. В первом разделе говорится о педагогическом значении историй в различных религиях, так как они, очевидно, и составляли первоначальную основу этих историй. Отношения между врачом и пациентом, размышления об этом и то, как это отражено в историях, составляют содержание второго раздела. Третий и четвертый разделы содержат примеры терапевтического применения историй и в первую очередь освещают проблемы сексуальности и супружеских отношений. Кроме того, дается обзор различных заболеваний, психотерапевтических проблем и конфликтных ситуаций. Коллеги, работавшие вместе со мной в группе по обмену психотерапевтическим опытом города Висбадена и в Академии усовершенствования врачей земли Гессен, а также многие из моих пациентов приобрели собственный опыт применения историй в психотерапевтической практике и способствовали созданию этой книги. Особого упоминания заслуживает группа преподавателей, участвовавших в работе по обмену психотерапевтическим опытом города Висбадена, которые обсуждали применение историй в педагогической практике. Пользуюсь случаем выразить свою благодарность моим друзьям и коллегам, вдохновлявшим меня своими советами в работе над этой книгой; само собой разумеется, что никто из них не несет ответственности за то, как я использовал и переработал их советы. Моему сотруднику психологу Дитеру Шену я особенно благодарен за его творческое и критическое участие в подготовке к изданию этой книги. Мои секретари г-жа Кригер и г-жа Кирш поддерживали меня своей искренностью, добросовестностью и надежностью. Используя собственный опыт межкультурного общения, моя сестра Резван Шпенглер и брат Хоуханг Пезешкян помогли мне ценными советами. При собирании многих восточных историй, пословиц и методов народной психотерапии, олицетворением которых казалась нам моя тетя г-жа Бердикс, живущая в Иране, большую помощь оказала мне моя жена г-жа Маниже. Мои же сыновья Хамид и Навид стали за это время специалистами в области психотерапевтического применения восточных историй. Носсрат Пезешкян, Висбаден, 1992 Торговец и попугай1У восточного торговца был говорящий попугай. В один прекрасный день птица опрокинула бутыль с маслом. Торговец разгневался и ударил попугая палкой по затылку. С этих пор умный попугай разучился говорить. Он потерял перья на голове и совсем облысел. Однажды, когда он сидел на полке в лавке своего господина, вошел лысый покупатель. Его вид привел попугая в страшное волнение. Он подпрыгивал, хлопал крыльями, хрипел, кряхтел и наконец, ко всеобщему изумлению, вдруг вновь обрел способность говорить: «Ты тоже опрокинул бутыль с маслом и получил подзатыльник? Вот почему у тебя теперь нет волос!» (По Мовлана*) Часть перваяВведение в теорию историй Наберись смелости – сделай попытку Однажды царь решил подвергнуть испытанию всех своих придворных, чтобы узнать, кто из них способен занять в его царстве важный государственный пост. Толпа сильных и мудрых мужей обступила его. «О, вы, подданные мои, – обратился к ним царь, – у меня есть для вас трудная задача, и я хотел бы знать, кто сможет решить ее». Он подвел присутствующих к огромному дверному замку, такому огромному, какого еще никто никогда не видывал. «Это самый большой и самый тяжелый замок, который когда-либо был в моем царстве. Кто из вас сможет открыть его?» – спросил царь. Одни придворные только отрицательно качали головой. Другие, которые считались мудрыми, стали разглядывать замок, однако вскоре признались, что не смогут его открыть. Раз уж мудрые потерпели неудачу, то остальным придворным ничего не оставалось, как тоже признаться, что эта задача им не под силу, что она слишком трудна для них. Лишь один визирь подошел к замку. Он стал внимательно его рассматривать и ощупывать, затем пытался различными способами сдвинуть с места и наконец одним рывком дернул его. О чудо, замок открылся! Он был просто не полностью защелкнут. Надо было только попытаться понять, в чем дело, и смело действовать. Тогда царь объявил: «Ты получишь место при дворе, потому что полагаешься не только на то, что видишь и слышишь, но надеешься на собственные силы и не боишься сделать попытку». За последнее время я собрал большое количество восточных (главным образом персидских) историй, мифов и басен. Они должны были отвечать следующим условиям: содержать примеры как межличностных отношений, так и душевных конфликтов, а также облегчать слушателю восприятие скрытых причин и следствий этих отношений и конфликтов. То, что я обратился к восточным историям, не имеет принципиального значения. Как восточные, так и западные истории, мифы, афоризмы во многом имеют общие корни. Их разделяют только сложившиеся различные исторические и политические условия. Многие склонны думать, что сказания, сказки, саги, мифы, притчи предназначены только для детей. Однако это не так. Им свойственно нечто вневременное. Бабушка, рассказывающая сказки европейским детям, кажется в такой же мере принадлежащей прошлому, как и профессиональный рассказчик на Востоке. По-видимому, это объясняется тем, что сказки и мифы меньше обращены к разуму, к ясной логике, к преуспеванию в делах, а больше к интуиции и фантазии. С незапамятных времен люди использовали истории как средство воспитательного воздействия. С их помощью в сознании людей закреплялись нравственные ценности, моральные устои, правила поведения. Благодаря своей занимательности истории особенно хорошо подходили для этой цели. Они были той ложкой меда, которая подслащивала и делала интересной даже самую горькую мораль. Иногда мораль историй можно понять сразу, иногда она скрыта и представляет собой всего лишь намек. Народная психотерапия Востока В странах Востока истории с давних пор играют роль «психологических помощников». Как правило, истории несли в народ рассказчики-чтецы и дервиши, в значительной степени удовлетворяя потребности людей в информации и помогая в разрешении жизненных трудностей. Некоторые рассказы, заимствованные из Корана, были религиозного содержания, другие непосредственно касались человеческих отношений. Они заменяли добрый совет или строгое порицание. Чтобы послушать рассказчиков, люди собирались в кофейнях, в специально предназначенных для этой цели залах или в кругу большой семьи, чаще всего вечером по четвергам (пятница на Востоке – праздничный день). Некоторые рассказчики декламировали свои увлекательные истории, другие перемежали рассказы пением стихов или давали их как представление, пробуждая в слушателях ответные переживания, смех или слезы. Насколько мне известно, в прошлом это был единственный вид публичных представлений, при которых могли одновременно присутствовать мужчины и женщины, последние, разумеется, под чадрой. Тысяча и одна ночь Истории были тем средством народной психотерапии, которое врачевало душевные раны еще задолго до возникновения психотерапии как науки. Есть множество примеров тому, как психотерапевтически целенаправленно применялись истории для оказания помощи в различных житейских ситуациях. Одним из самых ярких примеров этого является сборник историй «Тысяча и одна ночь», в котором рассказывается об исцелении психически больного властелина при помощи сказок. Здесь решаются одновременно две задачи: умная Шахерезада успешно исцеляет больного царя и в то же время ее рассказы врачуют слушателей и читателей, которые, воспринимая содержание историй, извлекают из них уроки и включают полученный опыт в свой внутренний мир. Подобное действие оказывают и другие восточные истории, а также истории, принадлежащие европейской или иной культуре. Сказки, мифы, басни, притчи, стихи, остроты и пр. наряду с их художественной ценностью являются средством народной педагогики и народной психотерапии, которым люди пользовались, чтобы помочь себе, когда еще не было научной психотерапии. У меня возник вопрос: нельзя ли использовать эти возможности восточных историй целенаправленно и осознанно в психотерапевтической практике при анализе конфликтов и в качестве самопомощи, вместо того чтобы отбросить их как ностальгические диковинки, пригодные только для детей или узкого круга любителей. На своей практике, на семинарах и лекциях я не раз убеждался в том, что как раз восточные истории особенно привлекают слушателей и пациентов. Для меня они – средства образного мышления, облегчающие понимание и усиливающие эмоциональное воздействие. Многим бывает трудно воспринимать абстрактные психотерапевтические понятия и теории. И так как психотерапия касается не только специалистов, а представляет собой как бы мостик к неспециалисту-пациенту, то общедоступность, понятность приобретают особое значение. Таким средством, облегчающим понимание, является конкретный пример, история из мифологии, образное выражение; они – проводники к внутреннему миру переживаний человека, к его взаимоотношениям с другими людьми, к его роли в общественной жизни, помогающие находить нужные решения. Независимо от непосредственного жизненного опыта пациента, от его внутренних сопротивлений в тех случаях, когда врач обнаруживает его слабые стороны, целенаправленно рассказанная восточная история, притча, удачно приведенный пример из мифологии помогают в известной степени по-другому отнестись к собственным конфликтам. Это навело меня на мысль использовать образное мышление, аллегории, истории, притчи, мифы, басни в качестве средства взаимопонимания в психотерапевтическом процессе. перейти в каталог файлов

referad.ru


Смотрите также